Маркус озегович, гендиректор volkswagen group rus (deutsche welle)

Маркус озегович, гендиректор volkswagen group rus (deutsche welle)

Концерн Volkswagen — наибольший среди германских производителей машин по производству и объёму инвестиций в Российской Федерации. председатель совета директоров Volkswagen Group Rus и директор столичного филиала концерна Маркус Озегович в интервью DW поведал о работе компании в Российской Федерации, изюминках политики и взаимоотношений бизнеса и замыслах на русском рынке.

— 20 лет назад, в первой половине 90-ых годов двадцатого века, Volkswagen открыл первое представительство в Российской Федерации. Сейчас концерн уже создаёт в Российской Федерации машины.

Как компания довольна развитием бизнеса?

— Вправду, у нас в Российской Федерации два завода — в Калуге и в Нижнем Новгороде. Наряду с этим не следует забывать о заводе Scania в Петербурге. Мы весьма довольны. Завод в Калуге трудится в три смены.

В Нижнем Новгороде предприятие начинается, мы запустили первый автомобиль (Skoda Yeti — Ред.) в производство полного цикла. В ближайшее время на очереди вторая модель, летом — третья.

В последних месяцах года мы выйдем на полную мощность.

— Планируется ли открытие новых фабрик по производству машин в Российской Федерации?

— Нет. В 2015 году мы планируем открыть завод по выпуску двигателей в Калуге.

Это будут двигатели самого последнего поколения.

— У России — имидж страны, в которой из-за бюрократии и коррупции непросто трудиться зарубежным инвесторам. Как идут дела у Volkswagen?

— Трудиться за рубежом постоянно приходится в других условиях, чем дома. У нас в Российской Федерации нет неприятностей. Мы — громадная компания, которая формирует большое количество рабочих мест, нам постоянно шли навстречу. Исходя из этого громадных неприятностей, за исключением простой бюрократии, не было.

Мы обучаем персонал и создали в Российской Федерации собственную совокупность подготовки кадров по германским стандартам. Нам не легче и не тяжелее, чем в других государствах.

— Что изменилось для концерна Volkswagen по окончании вступления России во Глобальную организацию торговли (ВТО)?

— До тех пор пока — ничего. Вступление в ВТО происходит неспешно. На понижение импортных пошлин отводится десять лет.

Мы сохраняем надежду, что в долговременной возможности повысится борьба среди поставщиков. С отечественной точки зрения, тут имеется над чем трудиться.

— Как будет изменяться часть Volkswagen на русском авторынке?

— Сейчас неспециализированная часть отечественных брендов на русском рынке — 11 процентов. Мы весьма довольны, потому, что четыре года назад у нас было шесть процентов. Отечественная цель — 15 процентов.

До 2018 года мы желаем каждый год реализовывать в Российской Федерации более полумиллиона машин.

— Глава концерна Volkswagen Мартин Винтеркорн (Martin Winterkorn) лично вел переговоры с президентом России Владимиром Путиным о постройке нового завода. Как велико влияние русском политики на решения концерна о том, где и что строить?

— Для того чтобы влияния нет по большому счету. При с заводом по производству двигателей процессом выбора места для постройки руководило не российское представительство концерна, а штаб-квартира в Вольфсбурге. Мы сократили число кандидатов до четырех.

Двое из них были весьма привлекательными, и мы выбрали лучшего. В Российской Федерации обстановка уже вышла на тот уровень, в то время, когда ответы принимаются на базе борьбы, и российские регионы подают заявки на размещение предприятия у себя.

Никакого ручного управления в принятии ответов нет.

— Вы трудитесь в Российской Федерации три года. Что вам больше всего запомнилось за это время — в негативном и в хорошем смысле?

— Негативный опыт случается, но о нем забываешь. А в хорошем смысле, и я с этим сталкиваюсь особенно в сфере политики, — это высокая степень прагматизма. В то время, когда появляются бюрократические неприятности, возможно весьма скоро договориться о встрече с министром.

Россияне готовы открыто сказать о проблемах и решают их. Мне весьма нравится практическое сотрудничество между политикой и бизнесом.

— Неужто вы ни при каких обстоятельствах не спрашивали себя: Из-за чего в Российской Федерации в той либо другой обстановки поступают не так, как в Германии?

— Быть может, такие мысли появлялись в связи с быстротой, с какой в Российской Федерации принимаются решения. Время от времени не редкость так, что без подготовки нам объявляют: Через 14 дней мы делаем то-то и то-то по-второму.

Это относится, к примеру, таможенных процедур либо чего-то в этом роде. Само собой разумеется, такие вещи не трудятся спонтанно, и у нас на 15-20 дней появляются неприятности с таможней.

Позже мы садимся и решаем их. Я бы желал, дабы при принятии ответ было больше предварительных консультаций.

— Отношения России и ФРГ на политическом уровне с 2012 года охладели — так утверждают опрошенные DW специалисты. В последние пара недель эти отношения подверглись еще одному опробованию в связи с испытаниями в германских политических фондах в Российской Федерации.

Канцлер Ангела Меркель президенту России Путину на Ганноверской ярмарке открыто заявила о тревоге Берлина. Как политические разногласия тревожат вас, как представителя германского бизнеса?

— Политического напряжения мы никак не чувствуем. Визиты осуществляющих контроль органов — норма в Российской Федерации.

К нам чуть ли не каждую семь дней приходят какие-то госслужащие, каковые выполняют какие-то проверки, не смотря на то, что сходу ничего не изымают. Я не знаю, сколько пожарных инспекций и какое количество испытаний из санэпидемстанции у нас уже было.

— Вам приходилось давать в Российской Федерации взятки, дабы снять проблему?

— Нет, боже упаси. Быть может, наша компания через чур громадная для этого, дабы от нас этого желали.

— Издание Der Spiegel сравнительно не так давно написал о случае с Porsche, что с недавних пор входит в состав концерна Volkswagen. В статье было написано, что в то время, когда Porsche много лет назад желал открыть в Москве представительство, незадолго до открытия на объект стали ежедневно приезжать пожарные, якобы по тревоге.

По окончании того, как Porsche подарил столичным пожарным красный автомобиль модели Сayenne, визиты пожарных закончились, пишет Der Spiegel. Вы с этими вещами также сталкивались?

— Я об этом инциденте ничего не знаю. Мы проходим все процедуры, в случае если что-то не так — исправляемся.

Мы ни разу не пробовали оказать влияние (на контролирующих — Ред.), в этом замысле мы трудимся по-германски.

— Правозащитные организации, к примеру, Amnesty International, призвали германские компании четко выступить против препятствия работе правозащитных организаций в Российской Федерации. Готов ли концерн Volkswagen выступить с таким заявлением?

— Это — политическая тема, и давать такие оценки — занятие политиков. Я считаю, что значение событий в Российской Федерации, о которых идет обращение, преувеличивают.

— И все-таки, из-за чего бы германским компаниям не заявить о сокровищах, о том, о чем, в большинстве случаев, говорят лишь политики?

— Мы это делаем, но я не пологаю, что нам необходимо об этом сказать. Нам необходимо демонстрировать эти ценности на своем примере. Это должно происходить снизу, методом внедрения в Российской Федерации отечественной культуры управления предприятием, привлечения работников к управлению.

Это долговременный процесс, это нереально сделать за пара часов либо дней. Я думаю, отечественный вклад содержится как раз в том, что мы долгосрочно трудимся над данной темой.

Это — отечественный вклад в развитие народовластия в Российской Федерации.

Deutsche Welle

Volkswagen въехал в российский кризис — DW-Новости (02.02.2016)


Похожие статьи, подобранные для Вас: