Рассказывает илья будрайтскис

Мы ? политическая организация. К нам приходят не по личным заинтересованностям, дабы радостно убивать время, а люди, каковые разделяют определённую политическую программу и планируют совместно трудиться над её воплощением.

Для нас принципиально важно не содержание политической программы, а факт осознания рассказчиком принципиальной отличия между группами, нацеленными на внешнюю деятельность либо на эмоциональный комфорт собственных участников.

Вы по большому счету воображаете, как трудятся левые радикальные организации Европы? В частности, Англии? Троцкистская организация большая, которая из нескольких тысяч людей состоит, имеет отделения в профсоюзах, регулярную газету, участвует в выборах. У всех организаций левого толка весьма чётко выстроена структура только на политической мотивации, и эти организации постоянно имеют личные политические кадры. У троцкистов самый сильный настрой на формирование собственных политических кадров. Как и в любой большой организации, в том месте существует собственный круг фуллтаймеров ? высвобожденных работников. Но в случае если тут считается, что высвобожденный работник ? это человек, что победил приз, может прекрасно жить, приобретать обычные деньги, занимаясь любимым делом, то в том месте высвобожденный работник ? это человек, что получает зароботную плату ниже материальной помощи безработным. Человек, что живёт практически впроголодь ? я сам в том месте был и видел.

Они снимают за 500 евро дом, в нём живёт 20 человек, и ежедневно они трудятся по 14 часов в день. С утра едут к какому-то заводу реализовывать газеты, днём на какое-то собрание, вечером клеить листовки, а ночью пишут статьи для газеты. У них чётко распределены обязанности. Имеется высвобожденные работники, каковые трудятся для газеты ? газета еженедельная, значит, должен быть какой-то постоянный штат, дабы реально её делать. Имеется люди, каковые важны за работу в профсоюзах, и они занимаются лишь этим. Имеется люди, каковые занимаются регионами, имеется люди, каковые занимаются Интернационалом… В том месте имеется люди, каковые двадцать лет в организации и ни при каких обстоятельствах не были в управлении, но наряду с этим их знают-уважают, по причине того, что они 20-30 лет отдали организации: являются частью её истории, носителями традиций.

Вот Роберт ? таковой. С его лидерством изначально было главное несоответствие. У нас уставной принцип демократического централизма, коллективное управление ? интернациональный исполнительный комитет. Практически ? Роберт всё крутил. Он честно вычисляет себя единственным представителем верной политической линии. Все важные ответы, впредь до ответов об исключении из организации, он принимал лично на базе собственных представлений о том, что необходимо, что не требуется.

Большая часть неформальных групп как раз таковы. Им весьма хочется казаться самим себе самоуправляемыми, и им это удаётся ? казаться… до поры до времени. В конечном итоге в неформальных группах степень самоуправления весьма разна. В одних традиции ситуативного лидерства достаточно развиты, в других организация деятельности завязана на узкую группу лиц, которая всё и решает. Позже это несоответствие делается базой конфликта, раскола, распада.

В 2001 был второй, но возможно сообщить, первый полноценный съезд. В межнациональной организации было около 200 активистов, прекрасно налажено общение с другими городами, мы в том направлении ездили, они к нам. Но в один момент начались внутренние конфликты. К примеру, воронежскую группу составляли люди из Молодёжного Правозащитного Перемещения (МПД), сидящие на западных грантах. Они вступили к нам, а в один момент состояли во многих экологических и правозащитных организациях, жили параллельной судьбой в той и данной среде. У некоторых это порождало массу вопросов.

Политически грамотные члены организации не были принципиально против правозащитной деятельности. Если она нужна, оказывает помощь выходить на какие-то новые круги ? ну, пускай и другие группы в неё включатся. Но воронежские товарищи именно были принципиально против для того чтобы включения. Они были завязаны на Роберта, и он неизменно их защищал. А отечественные инициативы идейно более родные, но более свободные, к примеру, создание российского ATТAC[11], осуждал. Но мы его однако создали. Ту же подоплёку имел конфликт с киевской группой, которая решила производить собственный издание, а Роберт им пробовал запретить. Но через некое время они его всё равняется начали издавать, в форме бюллетеня. И другие примеры были.

Если бы организация состояла лишь из одной группы, то кризис 2001-02 гг., наверное, стал бы финишем очередного цикла, начатого в 1998-99 гг. Но к этому времени организация уже представляла собой совокупность, либо весьма устойчивый круг. Об этом говорит, с одной стороны, рвение групп к независимости, хоть и не всецело реализованное, а с другой, рвение проводить неспециализированную политику. Организация перешла на новую схему межгрупповых взаимоотношений с большей самостоятельностью групп и секций, но единой структурой ? это обычный показатель успешного развития совокупности.

Неспешно развивалась обстановка, в то время, когда говорится одно, а делается второе. К примеру, жители Киева создали «Интернациональный отдел» ? тайный проект добывания средств для украинской организации. Это были не такие уж экстремальные методы… Но такие, что предание их общественности позвало бы скандал. К 2003 году «тайная» информация была известна всей украинской организации и части русском, не считая Роберта. Многие кроме того принимали участие в отдельных эпизодах. Средства были не большие, в среднем 1000 долларов в месяц, но они разрешили жителям Киева арендовать комнату и устроить в том месте полноценный штаб, платить скромную заработную плат высвобожденным работникам.

Организация не смогла связать информальными связями всю совокупность полностью. Темперамент обрисованных взаимоотношений говорит о том, что группы и отдельные лица, входящие в организацию, не совсем доверяли друг другу, другими словами всегда балансировали между фазами ассоциации и коллектива. Характерно, что в понятие «отечественные» Роберт уже не включён.

Украинская секция стала самой большой в «Соцсопротивлении», в ней велась громадная работа: создание профсоюзов, успешная защита прав рабочих в судах и другое. Но начались конфликты. «Интернациональный отдел» жил как бы собственной судьбой. Подозрений, что деньги идут на индивидуальные цели, не было, все деньги реально контролировались, они шли на инфраструктуру. Но в 2003 году часть ведущих украинских активистов стали бороться с таковой совокупностью взаимоотношений, в то время, когда киевское управление получает зароботную плату и тратит время не на организацию, а на добывание для неё денег, а главную работу ведут энтузиасты. «Ну, превосходно, что деньги добывают, но это люди, каковые являются отечественным управлением, а наряду с этим организацией не занимаются ? занимаются вторым».

Украинская секция просуществовала приблизительно четыре года, весьма интенсивно действовала, выходила на новые формы. В августе 2003 года информация о тайной деятельности «Интернационального отдела» стала известной журналистам, что вызвало скандал и большие репутационные утраты. По требованию Интернационала (а практически по личному ответу Роберта) пять человек из вершины украинской секции были исключены из организации, и секция развалилась. на данный момент «Соцсопротивления» на Украине нет, но люди, вышедшие из него, перешли в другие организации и создали пара новых неформальных групп.

Эта история обычна для информальных групп ? по социологическим параметрам, каковые не зависят от идеологии: численности, эффективности внешней деятельности, структуры (формы связей и количество групп между ними), длительности существования. Благодаря бунта, раскола и конфликта в Киеве из одного сообщества оказалось пара вторых. Это один из способов размножения. Содержание деятельности новых сообществ изменилось, используясь к требованиям времени, текущей ситуации.

Столичная несколько развивалась в другом направлении, с июля 2001 года став инициатором и одним из координаторов антиглобалистского перемещения в Российской Федерации. Мгновенно на порядок выросла активность и молодёжная численность. Автобус в Геную на саммит «Громадной восьмёрки», учреждение русском ATТAC, участие во Глобальном дне действий против ВТО, регулярные акции, на каковые в Москве планировало до 200 человек. На май 2002 года, под саммит Российская Федерация ? Европейский союз, мы запланировали весьма большую акцию на Пушкинской площади. Власти её сперва разрешили, а в последний сутки, в то время, когда отменить мы и сами немогли ? запретили. Разгоняли ОМОНом, избивали на глазах у телекамер и журналистов, увозили в милицию. Конечно, резонанс был громадный: новости по всем каналам, первые полосы газет.

В 2004 году мы стали одними из соучредителей «Молодёжного левого фронта», в который вошли, не считая нас, комсомол и АКМ. В книге П. Данилина «Молодёжная политика» я упоминаюсь как активист «МЛФ», не смотря на то, что в том месте левые организации практически никак не обрисованы, и по большому счету на эту книгу я не стал бы ориентироваться, в том месте легко ахинея, полная шиза. Данилин опирался на весьма поверхностные источники, на какие-то сайты, на собственные представления о том, что такое молодёжная политика, к которой он, конечно, мало отношения имел, я имею в виду настоящую деятельность. Данилин думал, что это или мода, или какие-то
партийцы организуют.

Все организации, каковые строятся, исходя из таких представлений, разваливаются, когда заканчиваются деньги. Скажем, организация «Молодёжная Отчизна». Закончились деньги, им прекратили выплачивать заработную плат ? организация закончилась. В то время, когда были деньги ? были красивые отношения в группе, они выпивали совместно, в рестораны ходили. Прекратили финансировать ? всё!

Пишут о молодёжной политике разводилы, каковые крали на Украине деньги, на них создали издательство «Европа» по окончании проигрыша Януковича на выборах, и каковые, фактически, в этих терминах пробуют обрисовать молодёжную политику. Всё это имеет больше отношения не к действительности, а к представлениям Глеба Павловского, как молодёжная политика обязана смотреться. Ну, как и всё издательство «Европа», в книгах которого создаётся на бумаге такая действительность, которую Глеб Павловский желал бы осознавать и обрисовывать.

Илья прекрасно осознаёт, что законы судьбы неформальных сообществ иные, чем формальных групп. Из этого его раздражение, в то время, когда левое движение, которое начинается, согласно точки зрения Ильи, как неформальное и снизу, начинает описываться языком моды либо языком бюрократического партийного строительства.

В «МЛФ» мы были самыми маленькими, но лучше всех организованными, подготовленными политическими кадрами и стали играть ключевую роль, инициировать разные политические акции, наполняя их своим содержанием. Была большая активность, к примеру, пошли акции «Антикапитализм».

Роберт был настроен мрачно, сказал, что в совместной деятельности с другими перемещениями имеется опасность утратить отечественную идентичность. Он ни при каких обстоятельствах не был публичным политиком, не был известен за пределами группы, его сфера ? внутренний контроль. А вовне было довольно много событий, и он начал утрачивать познание происходящего. Был последовательность распрей, как бы небольших, но фактически постоянных, все они укладывались в одну схему. На поверхности ? претензии в утрата идентичности, а глубже ? Роберт начинает терять позиции начальника, он больше не есть незаменимым лицом, более того, без него всё идёт нормально а также лучше, чем с ним. Кстати, мы стали менее зависимы от Роберта ресурсно: молодёжь подросла и стала самостоятельно получать.

Нет, это не межличностный конфликт. Это конфликт модели управления организацией. Подозрительность в отношении друг друга стала неспециализированным правилом, недоверие росло и развивалось. Начались интриги, подлости,
провокации.

Кризис может происходить по-различному. Или это уход, мирное разделение, или ? лобовое столкновение. Быстро портятся, казалось бы, дружеские отношения. Несколько проваливается в фазу ассоциации, разбивается на микроединицы. Начинается время интриг, обоюдных обвинений, недомолвок. В это время вся активность группы переходит вовнутрь. Внешняя деятельность делается не только нулевой, но часто и отрицательной. Конфликту предшествует период, в то время, когда бывший фаворит теряет авторитет.

Не считая всего другого, бунты и расколы обостряют настоящие несоответствия, каковые ранее замалчивались, и содействуют осознанию, продвигают группу вперёд в понимании правил организационной работы, самые оптимальных направлений деятельности и т.д.

Партия не может быть самоценностью. Это организационный фетишизм. Партия, как форма буржуазного общества, постоянно рискует переродиться. Потому нужно ставить определённые защитные механизмы и шепетильно смотреть за их соблюдением. Мы это осознавали и отразили в собственной платформе. Мы боролись за смену управления, опираясь на Устав: съезд ? верховный орган ? обязан проводиться раз в два года, а его не было уже четыре, на дворе 2005-й год. Роберт сходу осознал, к чему это идёт: «Никакого съезда!» Все уже осознавали, что будет раскол, но приняли компромиссный вариант, таковой микс исполкома и съезда. Мы опубликовали подробную платформу, где был анализ неприятностей и нашиконкретные требования.

Изменилось содержания понятия «мы». С этого момента «мы» — это несколько раскольников. «Бунт стариков» ? явление, в большинстве случаев, весьма болезненное, впредь до фатального, для малых групп. Но не для систем и кругов, каковые и живут продолжительнее в значительной степени за счёт того, что циклы активности различных групп расфазированы, а выпадение любой группы не фатально для существования всей совокупности.

Два дня шла возбуждённая дискуссия. Неизменно вылезала точка зрения, что единство организации ответственнее, что раскол ? это весьма не хорошо, и она раньше побеждала. Но в итоге все, подписавшие платформу, заявили о выходе из «Соцсопротивления».

Группы в различных городах заняли различные позиции, с нами осталась активная часть и самая молодая. В последних числах Сентября 2005 состоялась учредительная конференция новой организации « Движение социалистов «Вперёд». Довольно много было нужно затевать с нуля. В «Соцсопротивлении» остались все ресурсы, мы сознательно за них не боролись, по причине того, что желали создать другую организацию.

В октябре мы прекрасно готовились к срыву публичной лекции в Москве Даниеля Кон-Бендита. Не то, дабы сорвали, но шуму наделали. В ток-шоу Виталия Третьякова на «Культуре» меня пригласили уже от имени «Вперёд». Организация начала восприниматься как состоявшаяся.

Мы живём на собственные средства. Денег на аренду штаба у нас нет. Текущие собрания столичной группы проводим у меня дома. Для семинаров находим какие-то углы. Наряду с этим во многих городах идёт сети распространения и рост рядов отечественной новой газеты «Вперёд». В движении «Вперёд» в Москве на данный момент половину актива составляют новые люди, каковые ни при каких обстоятельствах в «Соцсопротивлении» не состояли.

Цикл активности в «Соцсопротивлении» длился
с 1997-1998 по 2005 гг. — 7-8 лет, обычный срок судьбы совокупности. Позже — новый цикл и раскол активности уже новой группы с фаворитами из взбунтовавшихся стариков. Новая несколько приняла новое наименование. Случилось размножение, поскольку ветхая организация также сохранилась. «Вперёд» же создаёт новый круг, перед ним стоит задача: перерасти
в совокупность и позднее — в субдвижение троцкистского направления. Быть может, и не троцкистское? Так как несколько начала теоретическое переосмысление собственной деятельности… Отсчёт нового цикла начат (2006 год).

Этапы клубного генезиса

Несколько с большой эффективностью внешней деятельности, развитыми опытом и межличностными отношениями межчеловеческого сотрудничества у нас и (по случайному совпадению) в отвлечённой науке именуется коллективом. Трактовка этого термина сильно отличается от бытового словоупотребления (типа «коллектив отечественного «Газпрома»).

У нас это высокоразвитая малая (5-15 человек) несколько. О том, как её развить, мы поведаем методами и словами достигших успеха неформалов. В научном виде та же концепция содержится в работах Л.И. Уманского и его последователей[12]

На пути к коллективу несколько проходит определённые фазы.

Адаптация (конгломерат)

В группе незнакомых людей (будь то клуб либо купе поезда) человек пробует выяснить допустимые, «принятые» рамки поведения. Групповые нормы, заданные в данной фазе, становятся базисными на долгий период, а также бунты с целью их ниспровержения подтверждают тот факт, что нормы приняты как данность.

Преимущество в формировании этих норм приобретает тот, кто первым начинает их создавать, демонстрирует своим уверенным поведением либо кроме того декларирует вслух. Кроме того в случае если для него самого обстановка неясна, несколько принимает его как ассистента в вопросах адаптации, и практически он начинает создавать нормативное пространство. Рекомендуется максимально применять данный момент для продвижения нужных поведенческих норм. Время от времени для этого ссылаются на «неформальное законодательство»: «У нас в клубе таковой закон». Возможно применять более мягкое слово «традиция» либо бытовое «тут так принято», но сущность от этого не изменяется.

Для стремительнейшего продвижения к стадии коллектива направляться, первым делом, вводить доброжелательности и нормы открытости друг к другу. Во вторую ? поощрить инициативность, перевести новичков из состояния зрителей в состояние правомочных решателей, вершителей. К примеру, предложить им переформулировать существующие законы либо дополнить их новыми. Часть предложений должна быть коллегиально принята и включена в состав нормативов поведения группы. В случае если кое-какие предложения окажутся неприемлемыми, то обстановка может выйти из-под контроля, а фаворит ? утратить завоёванные позиции.

При начале таковой рискованной адаптационной игры имеется два варианта. Лучший ? харизматический: чувство фаворитом собственного положения как уверенного, авторитетного. Второй ? терпимый, осуществим, в случае если несколько находится в рамках более широкой общности: слёт, лагерь, форум и т.п., и неприемлемые предложения запрещаются внешней по отношению к группе стороной. Фаворит оказывается как бы ни при чём, а группапродвигается на следующую ступень адаптации ? принимает границы собственной правомочности.

Создание позиции фаворита весьма облегчает наличие у него внешней атрибутики, символики. У КСП-шников это гитара, у скинхедов, панков, хиппи ? одежда и причёска, у скаутов ? галстук, у дружин природоохраны ? нарукавная повязка и т.п. Кроме того в случае если в группе новичков всего один носитель атрибутики, и именно он начинает растолковывать, чего тут возможно, а чего запрещено, его имидж воспринимается группой как дополнительное свидетельство полномочий.

Часто не редкость, что несколько ещё не выбрала себе вид неформальной деятельности, да и по большому счету не предполагает стать клубом. К примеру, студенты-первокурсники (формальная несколько) встретились на предмет знакомства. Претенденту на лидерство будущего клуба рекомендуется предложить им разовое мероприятие в том виде деятельности, где он сам компетентен и обеспечен ресурсами. К примеру, отправиться в поход («палатки я дотянусь»), отправиться на ролевую игру («у меня, кстати, костюмы завалялись»), учавствовать в митинге («прикольно же, а у меня лозунги и флаги имеется») и т.д.

Успешная совместная деятельность содействует росту авторитета, неудачная ? его падению. Понятие успеха тесно связано с личностным «вероятностным прогнозом» (17). Собираясь учавствовать в неком событии, человек имеет опасения и некие ожидания. Между собой они соотносятся как противоположности. К примеру, планируя в поход, человек ожидает, что погода будет хорошая, компания подберётся дружная, маршрут будет увлекательным и т.д. Опасается же он обратного: погода может испортиться, компания окажется не той, маршрут убогим либо через чур уж тяжёлым.

По окончании того как событие прошло, баланс соотношения оправдавшихся опасений и ожиданий и определяет степень эмоционального восприятия события. Одно да и то же дело может восприниматься с хорошим окрасом и с отрицательным в зависимости от начального прогноза.

Не считая осознанных, в вероятностный прогноз входят и подсознательные ожидания: показать себя, добиться внимания противоположного пола, а также ожидание приятных неожиданностей. В следствии событие, обеспеченное солидным числом таковых, вызывает восторженное и долгосрочное воспоминание. В случае если несколько проводит серию однотипных, без усложнения, мероприятий, то в будущем этого результата нет, поскольку сам факт повышенной эмоциональности начинает входить в вероятностный прогноз. Это уже не неожиданность, а в полной мере ожидаемое состояние. Человек начинает чувствовать, что чего-то не достаточно. Чего ? неясно, но что-то не то.

Гениальные неформальные фавориты самых движений и разных субкультур интуитивно это знают и постоянно тащат новую группу в малоизвестную для неё, но прекрасно привычную фавориту деятельность. Единственный владеющий опытом данной деятельности фаворит пытается организовать у группы оптимальный для себя вероятностный прогноз (в сленге неформалов ? «поднятие знамён», «флаг события»). С одной стороны, фавориту удачнее, дабы прогноз на приятности был занижен, тогда чувство успеха возрастёт. Данный эмоциональный фон ассоциируется с фаворитом и усиливает его авторитет. Иначе, через чур занижать прогноз также запрещено, в противном случае несколько может отказаться принимать участие в предложенном событии. В большинстве случаев поднятие знамён реализуется через дискуссию грядущего события, рассказы, разные байки о прошлых подобныхситуациях. Не считая создания нужного прогноза, оно формирует групповые нормы. Поднял не те знамёна ? не жалуйся позже, что несколько принимает происходящее как неудачу.

Фаза адаптации длится ещё некое время по окончании того, как несколько поняла фаворита ? фаворитом и фактически выполняет групповые нормы. В это время фавориту рекомендуется не почивать на лаврах, быть осмотрительным. Кое-какие люди (особенно юноши и подростки) обожают намеренно провоцировать нарушение норм для проверки рамок дозволенности. Они ожидают ответных действий фаворита, принимают всё в ключе «возможно ? запрещено», психологически готовы к любой реакции и уже выстроили собственную линию защиты. Достучаться до их сознания и разобраться в сути происшествия сейчас не легко. Но и скрывать происшествие, если оно выходит за нормы допустимости в понимании фаворитов группы, также запрещено.

Рекомендуется отсрочить реакцию на событие(за исключением, само собой разумеется, тех редчайших случаев, в то время, когда нарушение представляет собой яркую опасность для жизни и здоровья конкретного человека) и начать «разбор полётов» в неожиданный для нарушителей момент. Тогда появляется возможность поболтать о более глубинных вещах, чем легко «возможно ? запрещено». Разговор оказывает более сильное впечатление на участников и разрешает укрепить межличностные отношения в группе.

Ассоциация

Участники группы приняли нормативы поведения, фаворитов и деятельность как данности, но не обязательно приятные. Они смогут иметь полностью различное к ним отношение и начинают планировать в микрогруппы, сперва случайные (выпало совместно дежурить, были попутчиками и т.д.), а позже ? по заинтересованностям, культурным стереотипам и, наконец, отношению к нормативам многочисленной группы. Любая микрогруппа обсуждает происходящее только в себя, что сплачивает участников микрогрупп между собой и создаёт враждебность с другими микрогруппами, представители которых слышат отдельные обрывки фраз и начинают волноваться, что где-то их обсуждают, а раз скрытно, то точно недобро. На стадии «группирования» (ассоциации) застревает большая часть неформальных, и и формальных групп: студенческих, школьных классов, производственных подразделений.

Неформальная практика рекомендует выносить вопросы, замкнутые в микгрогруппах, на неспециализированное дискуссию, задавая в общегрупповой норме культуру уважительного отношения к различным мнениям, но не допуская перерастания беседы в склоку. Время от времени для этого употребляются особые процедуры, являющиеся частью традиций группы: собрание, неспециализированный сбор, разбор дня, кое-какие кроме того именуют это «откровенный разговор». Микрогруппы пока не хотят совместного дискуссии и стремятся перевоплотить «разбор полётов» в формальный и неискренний.

Существует пара способов преодоления этого:

? тактика «танка», в то время, когда фаворит, он же ведущий беседы, задаёт вопрос за вопросом представителю замкнувшейся в себе группировки, вынуждая его раскрыть отношение к нужной теме;

? тактика «провокации», в то время, когда тему поднимает не ведущий, а кто-нибудь со стороны, иногда в достаточно резкой форме: «тут кое-какие в себя судачат то-то и то-то». Тактика провокации вынуждает соответствующую сторону дать «законный отпор», начинается конфликт, в рамках которого фаворит с арбитра и позиции авторитета и начинает раскручивать данную тему;

? тактика типа «кстати, кстати», в то время, когда первоначально поднимается нейтральная для микрогрупп тема, а позже неспешно, раскручивая разговор и добившись активного дискуссии, фаворит беседы переводит разговор в нужную плоскость. Разгорячённые участники легко переключаются на тему, на которую в начале беседы ни за что не начали бы сказать.

В ходе откровенного беседы узнается, что большая часть напряжённостей порождены не настоящими проблемами, а недоразумениями, неизбежно появляющимися в атмосфере взаимной подозрительности и недоговорённостей.

При любой тактике направляться категорически избегать «ярлыков» ? характеристик и оценок конкретных людей, а обсуждать лишь ситуации и отношение к ним: «Мы оцениваем поступок, а не человека». Весьма нужно скорректировать какой-то ветхий, идеологически не стержневой норматив, не устраивающий новую группу, продемонстрировав тем самым готовность лидеров и правомочность новичков уступать власть. В следствии таковой открытой политики новички приобретают навык выслушивать друг друга и строить общение
с «инакомыслящими».

В один момент направляться наращивать событийность судьбы и в обязательном порядке перемешивать участников различных микрогрупп в конкретных делах, к примеру, в походе ? ставить на дежурство, в политической деятельности ? отправлять совместно на акцию и т.п. Затем людям имеется что отыскать в памяти совместно, события поставили их на «одну сторону баррикад», они были соратниками и соучастниками, и общность совместного переживания сближает их. Между ними образуются новые нити неформальных взаимоотношений, разрушающие ветхие «вредные» микрогруппы. Требуется всегда повышать число событий и подчёркивать общность переживаний в новых микрогруппах, к примеру, просить их поведать эпизоды совместной деятельности в общем присутствии. Это преодолевает лёд недоверия между ветхими микрогруппами и трудится на сплочение всей группы в целом.

В редких случаях, при наличии броского контрлидера, желающего самоутвердиться и сохранить за собой эксклюзивное пространство влияния не смотря ни на что, конфликт с одной из микрогрупп либо отдельным её участником делается непреодолимым. Приходится принимать твёрдые меры, крайней и нежелательной из которых есть изгнание, исключение. Время от времени это ведет к расколу группы, но в случае если уходящая с контрлидером часть незначительна, то это оказывает куда более благотворное влияние на оставшуюся группу и её развитие, чем сохранение в её теле чужеродной единицы.

Значительно чаще удаётся ограничиться временным изъятием контрлидера из группы, на неформальном сленге ? «ссылкой»:

? по коллективному ответу группы, в случае если позиции главных фаворитов в ней уже господствуют;

? согласно решению внешних арбитров, в случае если несколько есть подразделением более большой общности (организации, лагеря, фестиваля и т.д.);

? по соблазну, в то время, когда контрлидера приглашает к себе некая дружественная несколько, с которой случилась соответствующая договорённость.

Время от времени достаточно изолировать контрлидера на день-два, за это время несколько переходит в следующую фазу развития, и возвращение уже не играется особенной роли.

Кооперация

Кооперация —следующая краткосрочная фаза развития группы ? характеризуется воистину детской эйфорией, состоянием дружественности: «один за всех ? все за одного», «дабы ни делать ? только бы совместно». Отношения в группе становятся предельно откровенными и искренними, она чувствует себя единым целым.

Скоротечность данной фазы возможно растолковать догадкой вероятностного прогноза. В случае если ранее восхищение от искренней дружбы был приятной неожиданностью, то позднее он начинает включаться в прогноз, а новых приятных неожиданностей аналогичного масштаба нет, и чувства притупляются.

Потому, что неформалы ? такие же люди, как и все, то подобные фазы развития группы происходят и в других сообществах. Для некоторых фаза кооперации имеет ответственное производственное значение, и её стараются продолжить. Так, многие тренинговые компании применяют состояние кооперации, которого достигают на собственных тренингах, для организации комплекта новых групп. В состоянии кооперации они поручают участникам курса привести и записать на новый тренинг новых участников, цена же курса иногда довольно большая. Но в состоянии кооперации люди берутся за это дело, за которое, кстати, вряд ли бы взялись до этого. Их горящие глаза убеждают кандидатов в неофиты, поскольку мечта о Яркой Дружбе и Чистых Отношениях живёт в душе у через чур многих. Так тренинговые компании решают иногда собственные денежные вопросы.

Большая часть неформалов, ориентированных на внешнюю деятельность, не разделяют аналогичной тактики. За щенячьим восхищением не следует ничего толкового. Члены группы ещё не имеют важных знаний, навыков и умений будущей деятельности (к примеру, туристская несколько не может натягивать переправы, управляться с парусами и т.п.), не отлажен навык группового сотрудничества и т.д. Сейчас несколько в собственном развитии оказывается перед развилкой. Один путь ведёт в корпорацию, второй в коллектив.Нецелесообразный выбор тактики уводит группу в тупик.

Корпорация

Корпорация—консервативная фаза, которая может оказаться весьма долгой. Продление приятного эмоционального фона делается основной целью существования группы. В погоне за исчезающим кайфомобщения несколько пытается вернуть «всё, как было тогда», ? возвратиться на то же географическое место, к той же деятельности, собрать тех же людей. В следствии корпорации не хорошо принимают новые идеи и редко принимают в себя новых людей. В случае если в состоянии кооперации у группы был броский фаворит, то несколько теряет свойство к совместной деятельности в его отсутствие. Производительность труда группы быстро падает по сравнению не только с фазой кооперации, но с последним этапом фазы группирования. Из корпорации весьма тяжело развернуть в сторону коллектива. Фавориту, стремящемуся создать группу с высокой эффективностью деятельности, направляться беспокоиться для того чтобы тупика. Неформальная практика рекомендует корпорации, коль уж они появились. Самый действенно это происходит при растаскивании участников по разным группам.

Коллектив

Коллектив получается, в случае если группе удаётся избежать тупика корпорации. Основное для выхода в коллектив ? как возможно больше активной внешней деятельности. В фазе кооперации этому оказывает помощь состояние «что бы ни делать, только бы совместно». Сейчас рекомендуется не замыкать группу на одного фаворита, а практиковать совокупность, в то время, когда в роли фаворита сможет побывать как возможно большее количество участников группы.

Самый главный критерий коллектива: громаднейшую сокровище для его участников имеет внешняя деятельность, её важность для окружающего мира, её эффективность ? производительность труда. Межличностные отношения отходят на второй план, и коллектив довольно нормально переносит уменьшение плотности эмоционального фона по окончании кооперации. Этого легче добиться, в случае если члены группы заблаговременно введены в обрисовываемый понятийный аппарат, к примеру, с ними возможно совершить семинар по теме данной главы.

Коллектив ? самая конструктивная, долгосрочная и работоспособная фаза группы. Громаднейшую эффективность он показывает при отсутствии одного фаворита и привычке действующий при сменном ситуативном лидерстве. Таковой коллектив имеет высокую степень взаимозаменяемости участников группы, в то время, когда заболевание либо иные события, по которым выпадают из работы одни члены группы, не парализуют работу, и несколько способна действенно функционировать и самостоятельно принимать нужные для действенной работы ответа.

Множественность фаворитов характерна не только для временной оси, в то время, когда фавориты изменяются во времени, но и для пространственной, в то время, когда несколько легко разделяет полномочия между участниками и делегирует принятие ответов в рамках одних задач ? одним, в рамках вторых ? вторым. Так, у туристов имеется отдельные «главы» по снаряжению и питанию (соответствующие завхозы), важный за аптечку (медик), за прохождение участка маршрута (навигатор). Любая акция нацболов осуществляется несколькими параллельными группками, к примеру, на информационном пикете ? одни распространяют литературу, другие уводят в сторонку для беседы заинтересовавшихся людей, третьи организуют оповещение и охрану об опасности около места пикета. Все эти должности-функции действуют параллельно с неспециализированным фаворитом группы ? начальником похода, гауляйтером и т.п.

Многие неформальные группы без особого обучения, на интуиции и таланте собственных лидеров и членов, показывают высокую степень владения разработкой ситуативного лидерства ? самоуправления. Ключевую роль в самоуправлении играется неспециализированный сбор номинальной группы, что ставит групповые задачи, распределяет делегирование полномочий между отдельными фаворитами группы, проводит рефлексию результатов деятельности.

Не все группы, прошедшие кооперацию и не провалившиеся в корпорацию, демонстрируют правила самоуправления. Видятся группы с высокой эффективностью деятельности, каковые держатся только на харизме фаворита. Но для большинства развитых неформальных перемещений самоуправляющееся коллективы ? более обычное состояние, чем строгие иерархичные совокупности.

Илья Будрайтскис о консерваторах нового «призыва»


Понравилась статья? Поделиться с друзьями: